Социолог Сергей Цыпленков: "Чем больше пеленгов, тем точнее место"

14.05.2014 10:00
   


Социолог Сергей Цыпленков: "Чем больше пеленгов, тем точнее место"

Верить или не верить социологическим исследованиям? Насколько они объективны, и что влияет на их правдивость? Вот далеко не весь перечень вопросов Русского Запада, на которые ответил директор Калининградского социологического центра Сергей Цыпленков.

– Прежде несколько слов об истории создания социологического центра.

– История у нас обычная. Начинали мы в 1992 году как ООО "Научно-исследовательская фирма "Калининградский социологический центр". У центра в то время были серьезные учредители – физические и юридические лица: Борис Трегубов, Сергей Козлов, мэрия Калининграда, другие известные люди. Но в таком статусе мы просуществовали недолго. С 1994 года эти учредители покинули фирму, а я остался директором.

– И чем вы занимались и продолжаете заниматься вот уже более 20 лет?

– У социологического центра одна сфера деятельности – исследования. Но эта сфера имеет три направления. Первое направление связано с различного рода политическими, выборными, социальными исследованиями различных социальных аспектов жизни людей.

– Что входит в социальный аспект жизни людей?

– Здесь достаточно широкий спектр. Это может быть молодежь и условия ее жизни, это могут быть ветераны и условия их проживания, это могут быть бывшие военнослужащие и способность их адаптации к гражданской жизни. Одним словом, все, что связано с социальной жизнью калиинградцев, так или иначе является предметом наших исследований.

Как правило, это исследования полного цикла, когда мы проводим полный комплекс работ от разработки программы до предоставления аналитического отчета.

– Что входит в сферу исследований второго направления?

– Это все, что связано с маркетингом. Сюда входят потребительское поведение, имидж и бренды, их распространение и вхождение, покупательское поведение и все, что с этим связано. В данном случае речь идет о рекламе, тестировании рекламной продукции. Здесь, как правило, заказчиками являются представители бизнеса, в том числе и калининградского. Сейчас в этом направлении идет особенно активная работа. Предприниматели понимают, что в надвигающемся кризисе необходимо искать нестандартные пути продвижения товаров и услуг.

– Я так понимаю, что мы подошли к третьему направлению вашей деятельности. В чем его суть?

– А суть в том, что мы являемся некой полевой структурой для многих московских и питерских компаний.

– В каком смысле "полевой структурой"?

– Мы собираем для них только данные, но никаких аналитических выкладок не делаем. Заказчиков много, без дела не сидим.

Есть еще одно направление в нашей деятельности – выездная работа. Ведь мы работаем не только в Калининградской области. В сферу наших исследований попадают и Монголия, и Владивосток, и Якутия… Одним словом, география достаточно обширная. Заказы тоже разные: и политические, и социальные, и связанные с маркетингом.

– Сколько еще есть социологических центров в Калининградской области?

– Есть еще не менее шести социологических центров, которые конкурируют с нами в различных направлениях деятельности. Кроме этих центров, есть еще люди, которые считают себя специалистами. Таких мы называем "черными социологами". Это, с позволения сказать, специалисты, которые считают, что сделать такую работу просто. В результате своими непрофессиональными действиями предоставляют "кривые" данные и тем самым портят имидж социологии. На самом деле в Калининграде высокопрофессиональных социологов очень мало.

– И насколько жесткая конкуренция в сфере социологических исследований в нашем регионе?

– Конкуренция действительно есть, и она достаточно жесткая. И этому есть объяснения. Наша область сравнительно небольшая, и для шести социологических центров места маловато. Есть еще один аспект. Дело в том, что Калининградская область менее интересна зарубежным или московским заказчикам, так как она нетипичная. Например, для маркетинговых исследований заказчику интересно "зацепить" типичные российские города. Мы же в этом случае выпадаем из поля их интересов.

Если говорить о политических исследованиях, то и тут наша почти миллионная область практически ничто по сравнению с населением России. Но заказы от московских и питерских клиентов все же иногда поступают, и конкуренция за них достаточно высока. Побеждает тот, кто уже зарекомендовал себя качественной работой.

Но есть в нашей области и другая конкуренция, в которой используются административные ресурсы. Это жуткая борьба, которая происходит вне всяких правил. Такого, по моему твердому убеждению, быть не должно.

– Порой приходится практически в один и тот же период читать социологические исследования по одной и той же проблеме, а результаты совершенно разные. Почему так происходит?

– Здесь я могу назвать вам целый букет причин. При этом говорить будем о деятельности профессионалов, "черных" пока трогать не будем. Профессионал никогда не станет подтасовывать полученные данные. Скажу больше, если заказчик исследования - разумный человек, то он хочет получить реальную картину. Иначе получится как в больнице, когда пациент просит врача написать ему, что он здоров. Другое дело, что потом тот или иной заказчик может эти данные опубликовать, слегка подкорректировав. Особенно это характерно в период избирательных кампаний, когда не социологи, а политтехнологи начинают вести войну рейтингов. Рисуют от потолка какие цифры, которые, по их мнению, сработают на имидж заказчика. Вот вам одна из причин скачков результатов исследований.

Вторая причина зависит от того, что измеряется. Например, у нас есть один предмет исследования, но одна компания измеряет его длину, другая - ширину, а третья – плотность материала. Разумеется, все данные будут разными.

Важно и то, как сформулирован вопрос для респондента. Например, вы спрашиваете, нравится или не нравится ему губернатор. Данные такого опроса будут совершенно другими по сравнению с теми, где вопрос звучал, например, так: как вы оцениваете работу губернатора? То есть сам человек респонденту может не нравиться, но оценка его работы будет высокой.

Есть и третья причина, из-за которой возникает разброс. Это события, которые происходят в стране. Самый яркий пример – неимоверный рост рейтинга Президента России Владимира Путина. В январе он был один, а буквально через 1,5 месяца подскочил на несколько десятков пунктов. Аналогичная ситуация произошла и на Украине. Если в начале года за федерацию выступали всего 25% населения Донбасса, то после событий в Одессе и Мариуполе ситуация изменилась кардинальным образом.

А вот еще одна любопытная причина того, что данные социологических исследований начинают резко разниться. В данном случае я говорю о давлении на респондентов. Такое довольно часто наблюдается в период избирательных кампаний. Замечено, чем сильнее давление, тем больше люди начинают врать. И если сделать два замера мнения, один - сегодня, а второй - после того как чиновники прошли по бюджетникам и сказали, как те должны голосовать, то результаты будут совершенно разными.

– Последнее время правительство Калининградской области заказывает социологические исследования Калининградской мониторинговой группе. Насколько профессионально, на ваш взгляд, выполняются заказы?

– Работает эта группа достаточно профессионально. А почему именно им поручается выполнение таких заказов, это как раз к вопросу о конкуренции с применением административного ресурса.

В прошлые годы правительство поручало проводить исследования нескольким компаниям, в том числе и нашему социологическому центру. Проводились конкурсы, объявлялись тендеры, кто-то выигрывал, кто-то – нет, а сейчас, видимо, что-то поменялось…

Я уже как-то говорил о том, что беда заказчика состоит в том, что он желает получать данные исследований из одних рук. Это неправильно. Здесь - как у штурмана: чем больше пеленгов, тем точнее место. И в данном случае правительство региона стремится совершить "штурманскую" ошибку.

© Михаил Кучерявенко, специально для Русского Запада

(0)
Опрос
  • Какой фонтан в Калининграде для вас самый-самый?
Проголосовало 212 человек Проголосуй, чтобы узнать результаты