«Задел БТР по неосторожности»

23.09.2016 18:00
   


«Задел БТР по неосторожности»
Иван Селин на больничной койке (слева) и до несчастного случая

Гвардии матрос Иван Селин по-прежнему в госпитале после ЧП при высадке морского десанта на полигоне Хмелёвка. Вред его здоровью не ограничился «незначительными ушибами и ссадинами», о которых говорил представитель Балтийского флота. Непосредственные начальники забыли о своём солдате.

В августе на полигоне Балтийского флота в Хмелёвке прошёл международный конкурс «Морской десант-2016». Морские пехотинцы из России, Китая, Венесуэлы, Ирана и Казахстана соревновались в мастерстве. Не обошлось без происшествий.

11 августа 2016 года «Российская газета» написала о ЧП: «По информации пресс­-службы Западного военного округа, экипаж малого десантного корабля на воздушной подушке «Евгений Кочешков» высадил на берег бронетранспортёры БТР­-82А с личным составом десантно-­штурмового подразделения, но в какой­-то момент один из морских пехотинцев «задел БТР по неосторожности».

«Военнослужащий соединения морской пехоты Балтийского флота получил незначительнее ушибы и ссадины, – прокомментировал «Российской газете» пресс-­секретарь Балтийского флота Роман Мартов. – Он был госпитализирован и сейчас находится под наблюдением врачей, однако специалисты оценивают его травмы как лёгкий вред здоровью».

«Русский Запад» встретился с матросом Иваном Селиным, который «задел БТР по неосторожности». Можно ли назвать «лёгким вредом здоровью» перелом таза и повреждения позвоночника? Вопрос риторический.

О произошедшем на полигоне Иван рассказывает, лёжа на больничной койке.

«Собираюсь вставать, а сзади – удар. И меня затягивает под бронетранспортёр, – вспоминает морской пехотинец, гвардии матрос Иван Селин. – Вижу только, как слева и справа колёса проезжают. Меня всего крутит. Больно. В глазах темнеет. Сознание теряю. Потом мельком заметил, что меня куда-­то потащили и заталкивали в машину. После этого уже совсем ничего не помню. Потом узнал, что БТР полностью протащил меня под своим корпусом».

БТР1.jpg

Бронетранспортёр протащил Ивана под корпусом (фотоколлаж "Русского Запада").  

Затянуло под броню

Иван и его товарищи должны были выпрыгивать на берег с кораблей на воздушной подушке, вслед за бронетранспортёрами вести огонь, захватывать плацдарм. Внезапно, шумно и эффектно, как полагается «чёрной смерти».

«За день до высадки у нас была назначена тренировка, на которую мы пришли из части пешком, – вспоминает Иван. – Тренировки в первый день мы так и не дождались. Утром 11 сентября нас забрал КамАЗ. Поставили три БТР, нас разбили по пятеро. Бронетранспортёры ехали впереди, а мы бежали за ними и стреляли. Так отрепетировали два раза, в течение 10–15 минут. Потом уже по­другому, группой в 10 человек бежим за БТР колонной, а потом разбегаемся. Но это мы не успели отработать. Во время предыдущей службы у нас были тренировки с бронетранспортёрами, но совсем другие. Только начали, как через пару минут, около 8 часов, подошёл корабль на воздушной подушке. Нам сказали: «Садимся и выходим в море. Будем – по первому варианту. Выезжают БТР, а мы по пять человек сзади». Около 12 часов должна была пройти высадка. 

image_3.jpeg

Гвардии матрос Иван Селин до травмы, на подготовке к параду. 

Ближе к полудню прибыли на точку, перезарядились, нас построили в трюме и сообщают: «Всё меняется. Вы все впереди, БТР позади вас идут»
В трюме очень шумно. Гудение. Мы в шлемах. Слов не слышно, поэтому команды передавались друг другу на ухо. Все в панике, ведь мы знаем, что обычно бронетехника выходит первой. А ещё никто не понимает, с кем бежать и куда. Меня определили в другую пятёрку, выходившую по другому борту».

Когда открылся трюм, БТР стояли позади солдат, вспоминает гвардии матрос Селин. Все по команде выбежали на берег. Он следовал последним в пятёрке.

«Куда двигаться, никто толком не знал, мы время от времени садились на колено, стреляли, поднимались, продвинулись дальше, опять садились и вели огонь, – рассказывает Иван. – По колее между дюн я пробежал вместе со всеми. Сел, открыл огонь. Я не знаю, когда конкретно бронетехника выехала вслед за нами, но я её не слышал. От корабля на воздушной подушке – шум. В воздухе вертолёты, самолёты, не слышно ни черта. Но из бронетранспортёра обзор тоже очень плохой – амбразуры и смотровые окошечки очень узкие. Прямо ещё видно, а чуть сбоку уже нет. 

Я отбежал в сторону, снова сел, стреляю, и тут этот удар сзади».

Матери не сказали

БТР-­82А, который наехал на балтийского морпеха, весит более 13 тонн. Он буквально накрыл бойца. Ивана выносили на носилках.

Трудно представить себе, что творилось в душе мамы Ивана, когда она узнала, где находится её сын.

«О данном происшествии никто из командования части в известность меня не поставил, – написала мама Ивана Селина позднее в своём заявлении в Военную прокуратуру Балтийского гарнизона. – Более того, о происшествии я узнала от совершенно посторонних людей. В настоящее время сын с опасными переломами находится в госпитале».

Иван Селин на больничной койке.JPG

Гвардии матрос Иван Селин в госпитале, после "незначительных ушибов и ссадин"

До армии высокий и гибкий от природы Иван играл в баскетбол. Селин рассказывает, что занимался этим спортом 8 лет. Первый взрослый разряд.

«Выступал за сборную города Балтийска, – вспоминает морпех. – Мы должны были выезжать на российские соревнования, но вместо нас всегда ездила сборная Калининграда. Почему? Нас не спонсировали, хотя в Калининградской области мы занимали первые места. У меня дома штук 40 медалей и кубков… В армии думал о том, чтобы вернуться к баскетболу, но теперь главное – вообще встать».

image_1.jpeg

В морскую пехоту Иван Селин попал уже как состоявшийся спортсмен, с первым взрослым разрядом по баскетболу. 

«У него перелом таза, позвоночника, глубокая рана до прямой кишки, – рассказывает мама военнослужащего Анастасия Селина. – Сын рассказывает, что всё пошло не по плану, но командир дал приказ, и Иван просто выполнял то, что ему сказали. В итоге его переехала бронетехника».

Иван не может встать с кровати, но всё равно говорит, что ему повезло.

«Основной удар пришёлся по бронежилету, а не в шею, – рассуждает морпех. – Ну и если б бронетранспортёр наехал на меня колесом, то я бы уже давно не разговаривал. Как на меня наехал БТР, наверное, видели все. В том числе журналисты. Рядом снимали камеры, работали фотографы. Потом везде писали, что я отделался лёгкими травмами. На самом деле меня сразу повезли в госпиталь и экстренно оперировали. 

Травмы оказались очень серьёзными. Я попал в реанимацию. О том, что со мной произошло, родителям не сообщили, хотя мне говорили, что домой сообщат. Только когда меня стали выписывать из реанимации в другое отделение, дома узнали, где я и что со мной… Мама и моя младшая сестра были в шоке. 
Но самое обидное в этой ситуации – безалаберность в нашей части. Оттуда обо мне даже не сообщили родителям. И потом никто из моих непосредственных командиров не спросил у меня, как здоровье. Обо мне забыли. Всем наплевать».

Мать матроса считает, что нарушены требования нескольких федеральных законов. В заявлении в прокуратуру она пишет, что непосредственные командиры «должны принимать меры по предотвращению гибели и травматизма личного состава, доводить требования безопасности до своих подчинённых, убедившись в том, что те это усвоили».

И если бы так и было, то сын бы не лежал сейчас с такими травмами на больничной койке.

Показуха для генерала

«Уже здесь, в госпитале, я узнал, что моих сослуживцев специально подговаривали в случае чего говорить, что с нами до высадки проводились тренировки и инструктаж по технике безопасности», – продолжил Иван.

Что на самом деле думают о произошедшем его однополчане, морпех Селин, по его словам, не знает.

«Теперь командиры заявляют, что это произошло по неосторожности, мол, он сам виноват», – сетует мать морпеха­срочника Анастасия Селина.

Нельзя сказать, что отцы­-командиры совсем забыли о вверенном им воине. Кроме сестры и матери, Ивана в госпитале навещал генерал.

«Перед его визитом меня перевели в отдельную палату, – вспоминает гвардии матрос Иван Селин. – Наверное, чтобы показать ему, что у меня тут всё нормально. Прибыл генерал в сухопутной форме. Расспросил меня, как всё это произошло, я рассказал. Генерал послушал и уехал. А меня вернули в общую палату».

До армии Иван приносил доход в семью, работал. Как будет теперь?

«Теперь они стараются ездить ко мне в Калининград, в госпиталь, каждые выходные. Помогают мне выкарабкаться, – говорит Иван. – Пока лежу тут и не могу встать, постоянно думаю: кто принял решение, чтобы мы выбегали перед БТР первыми? Очень интересно было бы узнать».

Оператор телеканала Россия 1 снял как морпехи высаживаются первыми Один из них Иван Селин.jpg

Оператор телеканала "Россия 1. Калининград" снял как морские пехотинцы высаживаются первыми. Один из них Иван Селин. Следом должна пойти бронетехника. Скриншот сюжета телеканала "Россия 1. Калининград"

Тот же вопрос сформулирован в заявлении в Военную прокуратуру Балтийского гарнизона. Мама Ивана, Анастасия Селина, просит прокурора разобраться в произошедшем, найти и привлечь к ответственности виновных лиц.

«В ноябре мне – домой, но попаду ли я туда к этому сроку, не знаю, – констатирует Селин. – И как будет с военным билетом? «Белый» билет дадут? Как будет с восстановлением после госпиталя? Нужны будут медикаменты и процедуры, а со страховкой, которую мне должны выплатить, тоже ничего не ясно. Да и суммы, которая мне причитается, я не знаю. Маме по этому поводу сказали: «Вам позвонят и вызовут в бригаду». Но месяц прошёл, а ей всё не звонят… Хотя сейчас, наверное, главное, чтобы я вообще встал».

Иван Селин в госпитале.JPG

© ИА Русский Запад/пс

(0)
Опрос
  • Покупаете ли вы подержанную (секонд-хенд) одежду?
Проголосовало 889 человек Проголосуй, чтобы узнать результаты